Приказ Хозяина

Совпадения с реальными именами и событиями случайны.

***

Он засыпал и просыпался с мыслью о ней, когда рядом не было её — той, которая перевернула его привычную, с недавних пор нелёгкую жизнь, отнявшую возможность ходить, с ног на голову. Только она без труда одним своим существованием смогла раскрыть в нём то, что даже ему было недоступно. Только с ней он мог быть собой и чувствовать — именно чувствовать, а не понимать происходящее. Вот уже год они наслаждались не кем-то и не чьими-то эмоциями, а собой — собой целиком, ведь теперь они были друг у друга.

— Алло. Доброе утро.

— Привет, моя девочка. Что с голосом?

— Опять... Хнык-хнык... Опять он...

— Ира, приезжай ко мне.

Они сидели за столом, её хоть и заплаканные глаза сияли, глядя на влюблённый взгляд Хозяина. А он не скрывал нежности и трепета к ней и наслаждался свободой, которую чувствовал с этой женщиной. За всю многолетнюю практику даже до автомобильной аварии, произошедшей с ним, никому из его нижних и рабынь не удавалось сделать его свободным, удовлетворённым и наполненным. Расслабленным — да, а вот свободным... никому.

— Пей чай и не хнычь.

— Ну как мне не хныкать, когда какой-то самоуверенный мудак позволяет себе оскорблять моего мужчину? Как мне вести себя?

— Это интернет. Просто не обращай внимания и всё.

— Да, не обращай внимания... А этот ублюдок будет продолжать оскорблять людей, разбивать им сердца и разрушать пары?

— Ну что мне, побить его? С удовольствием. Может, давай скажу ребятам, пусть привезут его мне?

— Его уже били, но это ничего не изменило. Он стал ещё злее и самоувереннее, потому что это не вернуло людям прежних чувств и не восстановило их отношения.

— Но его не бил инвалид-колясочник. Может, это морально убьёт его, не думала об этом? Ведь моральная боль сильнее.

— Ну да, поэтому эта мразь и разрывает души.

— Тебя правда так цепляет это туловище?

— Меня цепляет то, что ему позволены вольности, а уважаемым людям — таким, как ты — нет, потому что они настолько сильные, что могут не обращать внимания на всяких мудаков.

— Да, именно так. А ты — моя саба, и ты будешь вести себя так, как я скажу.

— Отлично. Ты будешь просто наблюдать за тем, как он будет разрушать нашу пару, за тем, как это чмо ради собственного удовольствия будет ломать Верхов, забирая у них нижних, хотя для него они просто шлюхи. Я — твоя девочка, и я не хочу сидеть на попе ровно и слушаться того, кто не хочет постоять за нашу пару, за меня и за свою честь, это разве правильно? Он, кстати, нападает на всех за своих шлюх. Наверное, поэтому к нему все и бегут от своих уважаемых...

— Я уважаю себя, и для меня правильно то, что я считаю правильным. Надеюсь, ты помнишь об этом, или тебе кажется, что правильнее то, что делает и как ведет себя человек, назвавший себя Хозяином Шлюх?

— Конечно, нет, — ответила она, но её глаза налились слезами.

— Он же, вроде, любит тебя, да? Сказал мне, что заберёт тебя у меня и сделает счастливой. Дурак.

— Подожди, он писал тебе?

— Да писал, ничего необычного. Ведёт себя как интернетный тролль, но мне не понятна его уверенность, а особенно твоя. Твоя уверенность в его силе. Ты ничего не скрываешь от меня? Такое впечатление, что ты общалась с ним, сделала выводы и теперь не уверена, тот ли я... Если так, то, может, будет лучше, если ты уйдёшь к сильному? Иди, он примет тебя. За меня не волнуйся, справлюсь без тебя...

Эта фраза была последней каплей.

— Заткнись! — крикнула она.

Пощечина прилетела мгновенно.

— Не рычи, сука. Ты не в гареме, а я — не Хозяин Шлюх. Или ты делаешь то, что я говорю, или делаешь сама то, что хочешь. Но без меня и не для меня. Думай.

— Да, Хозяин, но...

... У выхода он спросил у неё:

— Отвечая, помни, что ты — моя душа... Ты уверена, что хочешь сейчас выйти и пойти?

— Да, и я осознаю, что назад дороги не будет. Мне будет сложно без тебя, но я справлюсь. Без тебя...

***

Время этого отвратительного дня тянулось медленно, заставляя вспоминать её глаза и думать о том, что будет дальше, если уже эти несколько часов как-то очень тяжело дались.

На третий день ничего не изменилось, кроме сообщения от Хозяина Шлюх, от содержания которого сжалось всё внутри: «Ну что, тоскуешь по своей потаскушке? Кстати, она недолго страдала — уже заваливает смс, переписку скинуть?»

Он не ответил, только ещё раз пожалел, что отпустил её.

На десятый день его словно полоснули ножом, а не прислали смс: «Десять дней — это много или мало? А ну-ка, знаток женской души, скажи мне. Хотя твой ответ мне не интересен, я просто хочу, чтобы ты, калека и неудачник, знал, что у твоей «дееевооочки» (фу, сука, ну и название) теперь есть кличка, как и положено хозной суке. Теперь твоя девочка — «Ирка-дырка». Кстати, эта рабочая дырка уже освоилась и познакомилась со своими «подружками» из моего гарема. Хочу отметить, что у тебя довольно хороший вкус — она один из самых ярких экземпляров. Вот только ты недостоин её, но могу пообещать, что ей достанется самый лакомый кусок, и она будет моей самой рабочей дыркой... ».

Он пытался успокоить себя каждый день тем, что это было её желание. Она сама этого захотела, а он не смог отказать ей и все вытерпит, как мужчина. Все его мысли были заняты тем, как она там — ела она или нет, спала или не спала, цело ли её тело... Ему очень хотелось заглянуть в её глаза.

Прошло три месяца одиночества и ежедневных пощечин в виде фотографий и видео с его девочкой от той гниды, которая заслуживает смерти, потому что не жалеет никого. Вот уже две недели он отдавал всё внимание его девочке, прогнав остальных своих шлюх. В последние дни на фотографиях с сессий, которые ему присылал для забавы этот ублюдок, стало заметно, что тот смотрит на неё не самодовольным взглядом, влюблённым в свою исключительность, а взглядом влюблённого маньяка. Он очень сильно переживал за неё, так как видел этот взгляд и читал слухи от его нижних, которых он прогнал, публично унизив, о том, что Хозяин Шлюх уже не тот и словно одержим одной... Решив, что он больше не хочет быть один, да и у неё там всё сложилось так, как она хотела, он принял решение. Когда он печатал ей первое за всё это время смс, перед глазами была она и её довольный преданный взгляд. Закончив это единственное сообщение фразой: «Я знаю, что у тебя всё так, как ты и хотела, дорогая. Считаю, что пора прощаться. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я говорю. Не отвечай и не проси — это моё решение, и я действительно считаю, что пора. Я слишком долго ждал тебя...», он нажал на кнопку «отправить» и, сжав сильными руками колёса своего инвалидного кресла, откатился от компьютерного стола. Он поехал к выходу из дома, чтобы посидеть в саду и начать привыкать к тому, что всё кончено...

***

Прошла неделя новой жизни для них всех. «Знаешь, думаю, хватит терзать мёртвое сердце. Нужен финал, который взорвёт его мозг, и мне всё равно, что будет с ним, когда он поймёт, почему произошло именно так и почему он остался один. Ты со мной, и это главное. Хочу показать ему то, что он больше не увидит и к чему больше никогда не прикоснётся. Иди в гараж и раздевайся, я скоро буду...»

Видео-обращение было готово и загружено для отправки, а в это время на другом конце города хрустальная ваза ударилась об стену и разлетелась по комнате, звеня мелкими осколками. Он как будто почувствовал что-то не хорошее, страдая и сходя с ума. Уже неделю он не знал, где она и что с ней. «Как она могла уйти от меня, как... ? Ведь ей было хорошо со мной — я никогда не видел, чтобы люди были так счастливы. Ведь я чувствовал, как ей нравилось быть со мной, нравилось подчиняться и исполнять мои желания. И вот она ушла, а я остался один, перестав общаться со всеми, так как кроме неё мне больше никто не нужен был, как не нужен и сейчас. Где она теперь, что с ней?!»

Телефонный звонок оборвал приступ отчаяния и ярости.

— Алло. Мне кажется, ты там сдыхаешь и тебе хочется узнать, почему она ушла от тебя? Через пять минут я пришлю тебе кое-что интересненькое. Ты ведь хочешь увидеть дырку в последний раз?

— Я достану тебя!!!

— Жди...

***

Дрожащая рука нажала на кнопку мышки с наведенным на видео курсором...

Какой-то гараж, свисающая с лебедки цепь с крюком, на который накинута цепочка наручников с чёрными кожаными браслетами. Запястья поднятых вверх рук были закованы в эти браслеты, цепь тянула их вверх, растягивая всё её тело. Голые ноги были расставлены и касались пола только кончиками пальцев по краям открытой смотровой ямы. Её взгляд говорил о том, что она на своем месте и удовлетворена тем, что с ней рядом её мужчина, которому она принадлежит. Удар плети по ягодицам заставил тело задрожать, а глаза, смотрящие прямо в камеру, округлились, но тут же зажмурились.

— Скажи ему, кто я.

— Это мой единственный Хозяин.

Плеть вновь обожгла ягодицы.

— Скажи ему, что ты сейчас делаешь.

— Я получаю вознаграждение за то, что выполнила приказ своего Хозяина.

Его рука начала гладить ягодицы и ноги, лобок и грудь.

— Скажи ему, ты вернёшься к нему когда-нибудь или нет?

— Нет, я больше не вернусь, и ты меня больше никогда не увидишь.

Он начал тереть её лобок, губы и клитор, погружать пальцы в ее лоно, а в это время смотрящий в монитор кусал себе руку, чтобы заглушить боль рвущейся души. Он не мог смотреть, как она счастлива с другим...

Рука выскользнула из лона, и он продолжил.

— Хочешь, я раскрою тебе тайну, как получилось так, что она со мной, а не с тобой, а ты там убитый, но пока ещё живой? Хочешь знать, как ты остался без дырки? Теперь рабочая дырка у тебя только одна, и это твоя жопа. Знаю, ты хочешь всё понять. Ты же видел, как и я, её глаза на сессиях. Ты не мог не заметить её глаз, ведь ты любишь её, любишь больше жизни. Так вот, знаешь, почему у неё был такой довольный взгляд? Только лишь потому, что она выполняла мой приказ подчиняться тебе, гнида... Инвалидное кресло двинулось от голой, подвешенной Иришки к камере. Подкатившись к ней, он продолжил: «Она хотела наказать тебя — она это сделала, хоть для нее и было шоком подчиниться не мне. Она была готова на всё. Я ценю ее и поэтому превратил её муку в наслаждение, приказав ей побыть твоей. Знай — не важно, кто владеет телом, важно, кто владеет мозгом и для кого открыта душа. Я помог ей убить тебя, наслаждаясь моей властью над ней, но оставить твоё тело в живых, зная, что ждет твою гнилую душонку. Сделать это оказалось несложно, ведь любому, даже ублюдку нужна любовь... Ты не смог устоять, но получил своё. Ты сейчас один с разбитым сердцем испытываешь ту боль, которая так нравилась тебе, когда ты доставлял её другим. Надеюсь, теперь ты запомнишь, что нельзя претендовать на хозных девочек. Как ты, мразь, мог подумать, что она твоя? Ты же Хозяин Шлюх, вот и сдохнешь им, а она — Королева, и она только моя...»
2 003