Я над тобой доминирую

Некоторое время после секса втроём меня распирало от противоречивых эмоций. Ревность накатывала волнами, неожиданно швыряя меня от «я легально потрахался всеми способами с горячей подругой своей девушки» до «Оксана изменяла мне прямо у меня на глазах». Ссориться не хотелось и я замкнулся в себе. Раньше Оксана обязательно выяснила бы в чём дело (непременно сопровождая допрос пытками), но сейчас я видел, что она тоже переживает и боится ухудшить ситуацию. Это совсем меня расстроило: я подумал, что если она чувствует вину, значит моя ревность указывает в правильном направлении. Она регулярно мне изменяет? У неё отношения Дашей? Может, она вообще предпочитает женщин?

Так продолжалось несколько тягостных дней, пока Оксана не решилась заговорить об этом первой:

— Я... должна перед тобой извиниться, — сказала она, нервно теребя расстёгнутую пуговицу рубашки.

— За что? — невесело спросил я.

— Тогда... С Дашей... Мне кажется, я несколько перешла черту.

— Мне тоже так кажется.

— Я люблю тебя и мне не следовало так поступать. Понятно, что ты был готов к порке, но тут... новый человек, жёсткая плеть, этот её новый способ... ну, ты понимаешь, о чём я! Мне надо было проявить заботу, постоять рядом, погладить тебя по голове, подержать за руку, чтобы ты не волновался. Но я... сначала не хотела мешать Даше, а потом... меня так возбудили твои крики, что я... ты заметил, наверное... ох, и я ведь даже кончила, пока она тебя мучила! Вот. Я очень виновата перед тобой. Прости меня, пожалуйста!

Глаза у Оксаны блестели, ещё чуть-чуть и она бы заплакала. Я помотал головой и растерянно спросил:

— Погоди, что? Я думал, ты про то, что вы с ней занимались сексом.

Мы удивлённо посмотрели друг на друга. Оксана пришла в себя первой.

— Причём тут наш с ней секс опять?! — сердито спросила она. — Мы вроде уже всё выяснили по этому поводу ещё тогда! Я вообще не понимаю, что тебе не понравилось. Посадили тебя в углу, дали тебе отдохнуть от затрахавших тебя барышень, лесбийское порно тебе устроили. Разве что пива не принесли. Но, в любом случае, мы же это уже обсудили и закрыли тему. Я тебе даже позволила кончить мне в рот, чтобы ты не чувствовал себя обделённым по сравнению с Дашей.

Я помолчал, собираясь с мыслями, и спросил:

— То есть, ты хотела извиниться за то, что смотрела и получала удовольствие, пока Даша меня порола?

— Ну да.

Я сделал шаг вперёд и прижал Оксану к себе.

— Так ты на меня не сердишься? — тихонько спросила она. Я посмотрел ей в лицо.

— Я не просто не сержусь. Это был один из лучших моментов того вечера.

Оксана растерянно моргнула.

— Мне нравится порка. Мне нравится, когда ты меня хочешь. Мне нравится доставлять тебе удовольствие. Как ты думаешь, что я почувствовал, когда понял, что могу довести тебя до оргазма, даже будучи привязанным лицом вниз в нескольких метрах от тебя?

Оксана улыбнулась. На её лице было написано огромное облегчение.

— Точнее, не только я. Мы с Дашей. — добавил я, снова мрачнея.

— Ну хватит уже! — со смехом попросила Оксана, теребя мой рукав. — Я просто немного побаловалась с подружкой. Не можешь ты всерьёз себя сравнивать с Дашей, ну!

Я молчал и Оксана вздохнула.

— Я вижу, что переоценила чудодейственную силу минета. Ну, что ты хочешь тогда? Как мне тебя успокоить?

Я подумал и честно ответил. Оксана задумчиво глядела на меня. Я стал развивать свою мысль, надеясь, что она заинтересовалась...

— Снимай одежду и ложись на кровать, — неожиданно перебила меня она очень холодным тоном. — Лицом вниз. Я сейчас вернусь.

Не дожидаясь моего ответа, Оксана повернулась и вышла из спальни. Я открыл было рот, но передумал и начал стягивать футболку.

...

— Твоя просьба была дерзкой и неуместной. Ты рассердил меня.

— Оксан, но ты ведь сама спросила! — мой голос звучал глухо, из-за того, что её пальчики прижимали моё лицо к кровати, не давая поднять голову.

Ответом мне был удар розги, явно нанесённый с размаху. Я дёрнулся так, что кровать заходила ходуном, но за первым ударом последовал второй. Потом третий, четвёртый, пятый... Шестой. Повисла пауза.

— Значит так! — сказала Оксана всё тем же морозным тоном. — Я приказываю тебе молчать. За каждое слово ты будешь получать удар розгой. Ты меня понял? Я спрашиваю: ты меня понял?!

— Да, я понял, — покорно ответил я, решив, что условие ещё не вступило в силу. Три удара розгой показали мне мою ошибку. Я решительно приготовился молчать, но Оксана снова меня удивила.

— Я что-то не расслышала, как ты меня назвал? — спросила она. Сзади меня слышался лёгкий свист: Оксана помахивала в воздухе прутом.

— Никак, — недоумевающе ответил я. Странный вопрос сбил меня с толку и удар снова оказался для меня неожиданностью.

— Вот именно, — спокойно констатировала Оксана. — Я спрошу ещё раз. Ты. Меня. Понял?

— Да, моя госпожа, — ответил я по наитию.

— Хорошо! — сказала Оксана удовлетворённо. Но розга трижды опустилась на мою задницу с ничуть не меньшей силой.

— Теперь вернёмся к вопросу о твоём поведении...

...

Первое, что я почувствовал, когда проснулся, это то, что мой обнажённый член упирается в обтянутую шёлковыми шортиками мягкую попку Оксаны. Оксана и раньше предпочитала спать в одежде, а вот я когда как. Но теперь Оксана установила новое правило: я должен спать только голым. И вообще стала регулярно приказывать мне ходить дома без одежды. Это было скорее приятно, но чем дольше я был без оргазма, тем большие неудобства это мне причиняло. А без оргазма я был уже долго.

Я потянулся было, чтобы обнять её, и тут же вспомнил о втором неудобстве: мои руки были прикованы наручниками к кровати. Оксана грозилась сделать это ещё во время того двухнедельного лишения меня оргазма: ей показалось, что она видела, как я, не просыпаясь, пытался снять сексуальное напряжение рукой. В этот раз она не стала грозиться, а сразу сделала это. Через несколько бессонных ночей, я нашёл, наконец, удобную позу, которая позволяла хотя бы засыпать, не обращая слишком много внимания на них.

Звон наручников разбудил Оксану. Она повернулась ко мне лицом и сама обняла меня. Теперь мой член упирался в её бедро.

— Как спалось, любимый? — ласково спросила она, зевая.

— Хорошо, — улыбнулся я, — Вот только наручники мешают немного.

— Ничего, потерпишь! — расхохоталась Оксана, — И хватит уже тереться об меня членом, я тебе этого не разрешала.

Я замер. Оксана протянула руку под одеялом и стала массировать мои напряжённые яйца. Я немного расслабился.

— Слушай... — задумчиво протянула Оксана, — А я знаю, как решить твою проблему. Хочешь спать без наручников?

Я молчал, чувствуя подвох.

— Давай наденем на тебя пояс верности? — предложила Оксана. — Тогда и без наручников можно, и тыкать ты им меня без спроса не будешь.

На мгновение меня охватил ужас, но потом я увидел, что Оксана снова смеётся.

— Не хочешь? А то надели бы на тебя такую клетку, знаешь, с шипами. У Даши такая есть, я могу прямо сегодня у неё спросить, где она покупала.

Оксана одним ловким движением легла на меня сверху, её лицо оказалось прямо напротив моего.

— Ты бы в нём помучился, правда? — довольно прошептала она, незаметно для себя сама начиная тереться животиком об мой член. — Хочешь?

— Не хочу... — смущённо пробормотал я и тут же разозлился на себя за трусость. — Но если ты хочешь, я готов! — добавил я намного решительнее.

— Нет, я тоже пока не хочу, — ответила Оксана, перестав смеяться, — Но твой настрой мне нравится. Прямо интересно его проверить. Может быть, потом всё-таки попробуем.

Оксана выпрямилась, откинув одеяло и полюбовалась мной.

— Однако, ты опять жалуешься... — рассеянно сказала она, трогая острым ногтем мой сосок, — Так что с завтрашнего дня будешь спать ещё и с анальной пробкой. Той, которая побольше. Она тебя отвлечёт от наручников.

У меня перехватило дыхание. Оксана нежно поцеловала меня в губы и стала выбираться из постели.

...

— Меня уже раньше предупреждали более опытные подруги, что в отношениях с мужчиной надо поддерживать правильный баланс удовольствия и дискомфорта. Теперь я понимаю, что ты получал слишком много удовольствия и слишком мало дискомфорта. Но ничего, я это исправлю! — говорила Оксана, капая горячим воском прямо на мою исполосованную ремнём задницу.

«Опять Даша!» — устало подумал я, издавая глухой стон сквозь оксанины трусики у себя во рту. У меня ещё никогда раньше не было оргазма так долго, болевой порог от постоянного возбуждения повысился, и стонал я больше для того, чтобы сделать Оксане приятно. Ну и для того, чтобы не провоцировать её на более активные действия.

— Потерпи, мой хороший! — вдруг сказала Оксана, погладив меня по левой ягодице. — Свеча уже скоро догорит и я дам тебе отдохнуть.

«Как вот у неё так легко получается это сочетать?!» — влюблённо подумал я, прежде чем меня обожгла следующая порция воска.

...

— Шире ноги. Ещё шире. Ещё!

Я лежал лицом вверх на столе, с которого Оксана, недолго думая, сбросила на пол всё лишнее, и она трахала меня новым, непривычно большим страпоном.

— Чем больше мужское эго, тем больше должен быть страпон! — ответила она на немой вопрос в моих глазах. Задавать вопросы по-другому я уже не особенно решался.

Теперь этот страпон ритмично входил в моё тело и выскакивал обратно. Нарядная Оксана, в ажурных перчатках и корсете, легонько массировала мой член, едва сжимая ладонь. Недостаточно сильно, чтобы я кончил, но достаточно, чтобы сходить с ума от желания. Мои собственные ладони, связанные верёвкой под столом, были сжаты намного сильнее.

Оксана внезапно остановилась и, не выходя из меня, заговорила.

— Вот зачем ты такое предложил? Как вспомню, так злиться начинаю! Я-то думала, ты попросишь, ну там, кончить мне на сиськи или позу 69. Почему бы и нет. Но доминировать надо мной?

— Я сказал «подоминировать». Не совсем же, а только попробовать. — неожиданно для себя ответил я.

— Куда тебе надо мной доминировать? — Оксана проигнорировала моё уточнение. — Ты и не знаешь, как это делается. И склонности у тебя к этому нет. Зачем тебе это вообще понадобилось?

— Потому что... Потому что когда ты трахалась с Дашей, мне показалось, что тебя у меня отнимают. Мне хотелось снова убедиться в полной мере, что ты моя.

Оксана не ожидала такого ответа и несколько мгновений растерянно молчала. Затем она наклонилась ко мне. Вошедший при этом на полную длину страпон заставил все мои мышцы напрячься.

— Я — твоя! — проникновенно сказала она. — Но я — твоя госпожа.

Впервые она сама назвала себя так. Моё тело пробила лёгкая дрожь. Стол внезапно показался мне похожим на жертвенник какого-то матриархального божества.

Оксана вернулась в прежнее положение и снова начала двигаться.

— Не лучше ли следовать своей натуре и быть послушным?

Я чувствовал, что нужно промолчать, но уже не мог. Смесь тревоги и восхищения, которую я испытал, когда Оксана объявила себя моей госпожой, подействовала на меня опьяняюще. Мне хотелось признаваться ей во всём.

— Есть ещё одна причина... Ко мне заходили мои друзья... Не так давно... Тебя не было дома... Без предупреждения... Случайно увидели стек и наручники... — толчки страпона делали мои предложения вынужденно короткими, — Спросили, кто у нас... Над кем доминирует... Я сказал, что когда как... Но смутился...

Сказав это, я зажмурился, в ожидании последствий. Движение в моей заднице снова прекратилось.

— Ты что, стесняешься того, что я над тобой доминирую? — спросила Оксана с удивлённым смехом.

— Конечно, — нервно ответил я.

— Странно. Вылизывать Даше ножки ты не стеснялся! Я тогда засмотрелась прямо, как ты ловко языком работал...

— Это другое, — объяснил я, — Даша и так видит в мужчинах только рабов. Она не стала относиться ко мне хуже, узнав, что у меня есть... хозяйка, — сакральное слово «госпожа» я произнести почему-то не решился. Оксана согласно хмыкнула. — А вот мои друзья, да и просто посторонние люди, могут подумать, что я не настоящий мужчина... — я совсем смутился и замолчал.

— А по-моему это очень мужественно, — нежно сказала Оксана, выходя из меня и вставая сбоку. — Когда мужчина не боится вручить контроль своей любимой женщине. Не боится отдаваться ей. Не боится терпеть боль ради её удовольствия. Прямо как ты. Друзьям, впрочем, об этом знать не обязательно. Говори им, что хочешь.

Мы посмотрели друг другу в глаза.

— Ты на меня больше не сердишься? — спросил я.

— Не сержусь.

— Позволишь мне сегодня кончить?

— Нет. И ещё долго не позволю. Учись получать от этого удовольствие.

Я застонал, но без особого расстройства.

— Впрочем, без наручников я тебе спать разрешу, так и быть. — сказала Оксана.

— Правда? — радостно спросил я, приподнимаясь на лопатках.

— Правда. — подтвердила Оксана. — Просто скотчем тебе руки свяжу.
3 849